Сирах 39

40

Много трудов предназначено каждому человеку, и тяжело иго на сынах Адама, со дня исхода из чрева матери их до дня возвращения к матери всех. Мысль об ожидаемом и день смерти производит в них размышления и страх сердца. От сидящего на славном престоле и до поверженного на земле и во прахе, от носящего порфиру и венец и до одетого в рубище, — у всякого досада и ревность, и смущение, и беспокойство, и страх смерти, и негодование, и распря, и во время успокоения на ложе ночной сон расстраивает ум его. Мало, почти совсем не имеет он покоя, и потому и во сне он, как днем, на страже: будучи смущен сердечными своими мечтами, как бежавший с поля брани, во время безопасности своей он пробуждается и не может надивиться, что ничего не было страшного. Хотя это бывает со всякою плотью, от человека до скота, но у грешников в семь крат более сего. Смерть, убийство, ссора, меч, бедствия, голод, сокрушение и удары, — все это — для беззаконных; и потоп был для них. Все, что от земли, обращается в землю, и что из воды, возвращается в море.

Всякий подарок и несправедливость будут истреблены, а верность будет стоять вовек. Имения неправедных, как поток, иссохнут и, как сильный гром при проливном дожде, прогремят. Кто открывает руку, тот бывает весел; а преступники вконец погибнут. Потомки нечестивых не умножат ветвей, и нечистые корни — на утесистой скале: осока при всякой воде и на берегу реки скашивается прежде всякой другой травы. Благотворительность, как рай, полна благословений, и милостыня пребывает вовек.

Жизнь довольного своею участью и труженика сладостна; но превосходит обоих тот, кто находит сокровище. Дети и построение города увековечивают имя, но превосходнее того и другого считается безукоризненная жена. Вино и музыка веселят сердце, но лучше того и другого — любовь к мудрости. Свирель и гусли делают приятным пение, но лучше их — приятный язык. Приятность и красота вожделенны для очей твоих, но более той и другой — зелень посева. Друг и приятель сходятся по временам, но жена с мужем — всегда. Братья и покровители — во время скорби, но вернее тех и других спасает милостыня. Золото и серебро утверждают стопы, но надежнее того и другого признается добрый совет. Богатство и сила возвышают сердце, но выше того — страх Господень: в страхе Господнем нет недостатка, и нет надобности искать при нем помощи; страх Господень — как благословенный рай, и облекает его всякою славою.

Сын мой! не живи жизнью нищенскою: лучше умереть, нежели просить милостыни. Кто засматривается на чужой стол, того жизнь — не жизнь: он унижает душу свою чужими яствами; но человек разумный и благовоспитанный предостережет себя от того. В устах бесстыдного сладким покажется прошение милостыни, но в утробе его огонь возгорится.

Сирах 41